В Минске удаляют щитовидку, чтобы предупредить наследственный рак: прооперировано уже 13 пациентов

Хирургия действует на опережение

Эндокринологи Минского городского клинического онкологического диспансера наблюдают семью, в которой шесть родственников связаны опасным геном, вызывающим злокачественную опухоль щитовидной железы. Троим из них удалили щитовидку, уже пораженную раковыми клетками. И это не единичный случай наследственного рака. По словам специалистов, новообразование, угрожающее жизни, неизбежно развивается у каждого носителя патологических мутаций. Чтобы предотвратить агрессивный рак, передающийся по наследству, в нашей стране теперь профилактически удаляют щитовидную железу. Такую операцию уже провели 13 пациентам. Корреспондент «Р» узнала, как внедряют этот метод.

Если есть определенные гены, то опухоль разовьется.

Семейная история

Впервые с проблемой рака щитовидной железы в нашей стране столкнулись после аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Ученые и клиницисты всего мира работали над выбором правильных методов диагностики и лечения опухолей щитовидной железы, особенно у детей, и поэтому опыт, накопленный в нашей республике, уникален. Однако есть новообразования щитовидки, возникающие не из-за воздействия экологических факторов. Они имеют наследственный характер. Единственная возможность предупредить такой рак — удалить щитовидную железу у носителей опасных мутаций. В последнее время превентивное лечение этого типа злокачественных опухолей проводится все активнее. 

Елена из Могилева об онкологических заболеваниях знала не понаслышке. Этим страдали ее тетя и дедушка. Но она не думала, что столкнется с тяжелой болезнью сама, и так скоро. Лена работала в поликлинике медрегистратором. Однажды простыла и обратилась к местному врачу. Доктор независимо от жалоб у всех смотрела щитовидку. Не прошла мимо дотошности специалиста и моя собеседница. Заподозрив неладное, врач направила девушку к эндокринологу. Дальше начались обследования на разных уровнях, которые привели Лену в операционную. Ей удалили щитовидную железу. Но о том, что у нее обнаружили медуллярный рак в четвертой стадии, 21-летняя пациентка узнала только в кабинете химиотерапевта. 

— Мне не говорили, какой у меня диагноз, — вспоминает те непростые дни Елена. — После операции случилось воспаление легких, потом дали направление к терапевту. А на двери кабинета было написано «химиотерапевт». Там все поняла. Оказалось, что удалили и лимфоузлы, разрезали грудную клетку, чтобы убрать метастазы. Были истерика, шок. После лечения чувствовала себя овощем.

С будущим мужем Лена познакомилась, когда ей еще не было 20. Парень поддержал ее в болезни. Дождались, пока у Лены отрастут волосы после химиотерапии, и обвенчались. 

Через месяц прооперировали и маму Лены. Тоже по поводу медуллярного рака щитовидной железы. К счастью, болезнь была на начальном этапе. Толчком к обследованию стала болезнь дочери. 

— У мамы узлы в щитовидке нашли за несколько лет до этого, — рассказывает Елена. — Как потом выяснилось, лечилась неправильно — «кормила» опухоль. Неизвестно, как было бы у нее дальше, если бы не моя история. 

Лена, можно сказать, спасла родственников. Их превентивное обследование и лечение впоследствии показало, как важно вовремя обратить внимание на гены, обуславливающие в будущем развитие агрессивного рака щитовидки.

Пациентка знала, что беременность, скорее всего, спровоцирует рецидив, но, несмотря ни на что, решила стать мамой. Через три года у нее обнаружили метастазы в области шеи. Провели повторную операцию и химиотерапию. 

Важно своевременное обследование.

Врачи обследовали и дочь моей собеседницы. У девочки нашли сразу две мутации. Оказалось, что папа тоже носитель патологических генов. По словам врача-эндокринолога, заведующей консультативно-диагностическим отделением тиреоидной патологии Татьяны Леоновой, это очень редкий случай: 

— У ребенка сейчас хорошие показатели. Наблюдаем, чтобы, когда девочка немного подрастет, удалить щитовидку, пока злокачественные клетки еще не появились. Также мы выявили эти мутации у племянницы и брата пациентки. Его уже прооперировали: определялась злокачественная опухоль щитовидной железы.

Лена не обременяет себя мыслями о болезни. Каждый день у нее много приятных забот. Она занимается семьей и дочкой.

— Муж очень тяжело относится к этой истории, — отмечает героиня. — Еще не осознал, что тоже носитель опасного гена. Люди к онкологии не привыкли. Я же спокойно об этом говорю. Каждые полгода контроль. У ребенка танцы, сад, вокал, театральный кружок. Думаю о жизни. 

Метод Уэллса

Когда в 2008 году специалисты сделали операцию Елене, никто про генетические мутации еще не знал. 

— У нее была непростая, агрессивная опухоль, из-за которой стали обследовать всех родственников, — поясняет Татьяна Леонова. — Некоторые опухоли щитовидной железы возникают не из-за воздействия экологических факторов, а имеют наследственный характер. Более того, есть изменения в генах, точнее сказать, наличие герминальных мутаций в протоонкогене RET, при которых риск развития медуллярного рака щитовидной железы очень высок.

При наличии у пациента такого рака щитовидной железы после хирургического лечения или в процессе наблюдения онкоэндокринолог назначает ему исследование крови на выявление патологических мутаций RET. Исследование проводится в Республиканской молекулярно-генетической лаборатории канцерогенеза. Если патогенные мутации обнаружены, то пациентам объясняют: носителями патологических генов могут быть и родственники. Их приглашают на специальное обследование. Если есть показания, делают профилактическое удаление щитовидной железы — превентивная тиреоидэктомия. 

Метод был описан американским хирургом Уэллсом в 1994 году. В нашей стране первые превентивные операции прошли в 2016-м, а с 2018 года у всех пациентов с медуллярным раком определяют мутации и при необходимости планируют операции. 

Превентивное удаление щитовидки свидетельствует о высоком уровне развития медицины.

На сегодня в стране выполнено 13 таких вмешательств. Семь из них — детям. У двух ребят была злокачественная опухоль. Медуллярный рак выявлен и у всех шести взрослых, которых прооперировали.

— Когда мы обнаружили первые мутации при наблюдении за двумя детьми, у нас проводились консилиумы. Нужно было объяснить родителям важность превентивного удаления щитовидной железы. Некоторые врачи также сомневались в необходимости удаления этого органа без опухоли. Но когда удалили и увидели, что у одного ребенка уже был рак, то поняли: генетика очень важна. Стали активно вызывать таких пациентов, рассказывать им о методе, — говорит Татьяна Авенировна. — Каждый раз это сложное решение. Мы доверяем этих пациентов самым опытным хирургам. У детей, которые прооперированы и наблюдаются, все благополучно.

Врач-эндокринолог акцентирует, что есть опухоли щитовидной железы, которые развиваются медленно. Такие не нужно удалять для профилактики. А если новообразование агрессивное, нужно как можно раньше сделать операцию, чтобы оно не увеличилось и не распространилось в лимфоузлы и другие органы.

— Мы знаем, что если есть определенные гены, то рано или поздно опухоль разовьется. И чтобы не допустить сложных случаев, внедряется такая оперативная терапия. В России и Украине, например, нет единого подхода в этом лечении и нет таких, как у нас, результатов. Благодаря тому, что в 1990 году в нашей стране был создан Республиканский центр опухолей щитовидной железы и со всей Беларуси здесь концентрируются пациенты, это лечение можно развивать. От всего рака щитовидной железы на этот вид приходится 5—7 процентов. Но он вызывает смерть в 13,4 процента случаев. Эти мутации могут вызывать и опухоль надпочечников. Поэтому мы обследуем все органы, которые могут быть связаны с патологическими генами, — поясняет Татьяна Леонова и добавляет: 

— Внедрение превентивной тиреоидэктомии в практическое здравоохранение свидетельствует о высоком уровне развития медицины в нашей республике, который соответствует самым современным международным стандартам и демонстрирует мультидисциплинарный подход к решению сложных задач.

kosiykova@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Фото: Александр ГОРБАШ