Как в РНПЦ травматологии и ортопедии спасают детей с врожденной патологией позвоночника

Конструктор лего для спины

Саша смеется. Без стеснения знакомится, игриво позирует на камеру, красиво держит осанку. А ведь еще четыре месяца назад все было иначе. Мальчик страдал от врожденной деформации позвоночника и в июле перенес особую операцию. Проблема была заметна не только внешне, но и создавала серьезный «конфликт» для спинного мозга. Шансов на активное детство у таких ребят совсем немного: диагноз сулит инвалидность. Хорошо помню лицо его мамы Елены накануне — напряженное, со взглядом, устремленным сквозь. А сегодня она будто заразилась настроением сына — но по-взрослому. Улыбается глазами и не устает повторять одно очень важное слово.

Доктор Дмитрий Тесаков, Павел и Елена с сыном Александром.

Спасибо

Врачам, что взялись за этот непростой случай, не отказали, а, наоборот, обнадежили и поверили в успех операции. Елена скажет это еще много раз — ловит моменты, пока доктор проводит контрольный осмотр ее сына. Уже второй раз после выписки семья приезжает в центр. И каждый из них мама внимательно вглядывается в лица медиков, чтобы не только услышать, но и почувствовать — с Сашей все будет хорошо.

— Мне нравится! Спина красивая и позвоночник на контрольных рентгенограммах правильной формы, имплантированная конструкция стабильна, — доктор приспускает очки и откидывается на спинку кресла. Это хирург Дмитрий Тесаков, главный внештатный детский травматолог-ортопед Минздрава. Несколько месяцев назад он стоял по левую сторону операционного стола и в буквальном смысле переписывал жизненный сценарий Саши. А сегодня изучает результат совместной работы с коллегой из Санкт-Петербурга — Сергеем Виссарионовым, директором Национального исследовательского центра детской травматологии и ортопедии имени Г. И. Турнера.

Во время операции.

Стоит ли комментировать и без того говорящую реакцию на рентгеновский снимок позвоночника? А предшествовала этому кропотливая работа — и не только в операционной. Чтобы помочь таким детям, как Саша, в Союзном государстве Беларуси и России разработали совместную программу, получившую сокращенное название «Спинальные системы». Медики-специалисты создали уникальную диагностическую платформу, включающую комплекс клинико-лучевых, молекулярно-генетических и биохимических критериев. Все это позволяет оценивать перспективу развития деформации на ранних этапах, чтобы определять адекватное лечение — прежде всего хирургическое.

— В ходе операции в позвоночник устанавливаем специальную металлоконструкцию: она разработана нами, белорусского производства, изготовлена из титановых сплавов, — продолжает Дмитрий Тесаков.  
— До появления союзной программы тоже пользовались отечественными имплантами, но арсенал был ограничен в комплектующих и их параметрах. Теперь у нас появилась целая методологическая система, которая работает как известный конструктор лего.

 Из деталей ювелирно подбираем необходимую комплектацию еще до хирургического вмешательства. Конструкция должна не просто держать позвоночник в измененной форме, а способствовать его дальнейшему развитию в более выгодных условиях для здоровья пациента. Ведь в результате коррекции позвоночника расправляется туловище, внутренние органы получают «воздух» и дальше развиваются в правильных условиях.

История Саши — непростая. У мальчика серьезные сопутствующие заболевания, а не только исключительно ортопедический диагноз. Хирург вспоминает:

— Ребенок родился с проблемами центральной нервной системы, его мучили частые простуды, аллергии. Нам нужно было понять не только то, готов ли пациент перенести операцию на позвоночнике. Важно было увидеть, сможет ли он адекватно выполнять рекомендации реабилитационного этапа, не усугубится ли состояние его сопутствующих патологий…


Черепашка-ниндзя

Так ласково называют Сашу мама с папой и постукивают по твердому корсету. С ним мальчик расстается разве что на час в сутки. А носить его нужно минимум до лета, то есть в течение года после операции.

— В первые дни после операции сын капризничал, мы боялись, что не сможет привыкнуть, — затягивает корсет потуже папа Павел. — Удивительно, но адаптировался быстро, теперь и засыпает без проблем. 
Вообще, жизнь у нас кардинально изменилась: Саша заметно вырос, начал больше разговаривать, перестал стесняться. Он ходит в обычный сад. Если раньше с детьми общался осторожно и подпускал к себе только воспитателя, то теперь — душа компании. Да что говорить, у него даже девчонка есть!


— Даша! — расплывается в улыбке мальчик.

А в это время Дмитрий Тесаков заканчивает с осмотром. Из предписаний — массаж и зарядка для ног и шеи, дыхательная гимнастика, можно добавить новые упражнения типа отжиманий и подтягиваний. Достаточно ли этого, чтобы малышу больше не понадобилась операция, а о болезни напоминал лишь шрам на спине? Врач лаконичен: покажет время и динамика наблюдения. Следующая встреча — в марте. А пока Саша едет домой.


ФАКТЫ

В Союзном государстве насчитывается около 65 000 детей с деформациями позвоночника в результате врожденных аномалий развития или полученных травм. Отечественные спинальные системы в 3 — 8 раз дешевле передовых мировых аналогов и при этом не уступают по качеству, а по ряду комплектующих являются новыми оригинальными техническими решениями. В рамках программы уже прооперировано 24 ребенка.

glushko@sb.by





Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Фото: Алексей ВЯЗМИТИНОВ